Русское Движение

А нужно ли нам сохранение дружбы лимитрофных государств?

Оценка пользователей: / 1
ПлохоОтлично 

Начнём с самого слова «лимитрофы», непонятного большинству молодых читателей, это опыт Римской империи межевания своих пограничных земель с варварскими территориями.

Сами римляне этим термином не пользовались, хотя он и восходит к позднелатинскому слову «limitrophus» («граничащий с чем-то») и состоит из двух слов: латинского «limes» (граница, пограничный) и греческого «trophos» (питание, питающий). Поэтому наиболее распространенная историческая интерпретация термина такова: «речь идет о пограничных областях Римской империи, которые должна были снабжать римские войска припасами и вооружением, т.е. содержать их». Термин достаточно давнего происхождения, хотя, как отмечается в словаре Mirriam—Webster, официально он был зарегистрирован лишь в 1763 г. пахал в СССР

По окончании Первой мировой войны и «Второй Великой Смуты» термин «лимитроф» стал использоваться для обозначения новых «самостийных» государств, возникших на территориях западных губерний бывшей Российской империи.

В Западной Европе эти государства, созданные на территории бывшей Российской империи, окрестили лимитрофами по аналогии с государственными образованиями по краям Римской империи.

Лимитрофный статус соответствовал действительному положению этих новосозданных государств, непосредственно граничивших с Советской Россией и образовывавших своеобразный антирусский и антисоветский буфер, защитный барьер, который должен был препятствовать распространению «большевистской заразы» в западном направлении. Одним словом, государства - «лимитрофы» оказались восточным рубежом капиталистической Европы – уже не Советской Россией, но ещё не Западом.

В 1920-е годы для обозначения вновь возникшего цивилизационного «междумирья» – пространства между Советской Россией и Веймарской Германией – термин «лимитроф» активно использовался в СССР в массовых изданиях, энциклопедиях и словарях (в словаре Д.Н. Ушакова, в Малой Советской энциклопедии, правда, без упоминания Польши). После II Мировой войны лимитрофы стали советскими республиками или членами Варшавского договора, поэтому в «Большой советской энциклопедии», изданной в 1950-х годах, это понятие отсутствует.

Термины «лимитроф», «лимитрофные государства» использовались не только в СССР, но и в Германии. В утвержденной Гитлером в апреле 1939 г. директиве «О единой подготовке Вооруженных сил к войне на 1939–1940 гг.» указывалось, что после разгрома Польши Германия должна будет взять под свой контроль Литву и Латвию. И позиция лимитрофных государств будет определяться не их собственными нуждами, а исключительно военными потребностями Третьего Рейха. В документе отмечалось: «С развитием событий может возникнуть необходимость оккупировать лимитрофные государства вплоть до границы Курляндии и включить эти территории в состав империи».

Лидеры этих исторических новообразований не могли не знать (достаточно было взять с полки «Майн Кампф»), что Германия нацеливается на Восток, тем не менее, они готовились к войне с Советской Россией.

«В феврале 1930 г. в Таллине начались первые переговоры Эстонии и Финляндии о военном сотрудничестве. На этом совещании стороны решили попытаться наглухо забить «окно в Европу», прорубленное Петром Великим, то есть готовились к морской блокаде СССР… С 1922 г. и финны, и эстонцы затратили большие средства на приведение в порядок береговых батарей и их модернизацию. В итоге при попытке прорыва корабли Балтийского флота должны были пройти около 100 км под огнем 305-мм орудий, одновременно стрелявших с финского и эстонского берегов и островов. А на расстоянии около 70 км залив с обеих сторон перекрывался огнем 254-мм, 234-мм, 203-мм и 152-мм орудий. В самом узком месте Финского залива по советским кораблям за 5 минут можно было выпустить до 1000 снарядов крупного калибра. Данные о подготовке к заграждению Финского залива были совсем недавно опубликованы профессором Хельсинкского университета Яри Лескиненом.

Обе страны готовились перекрыть залив несколькими рядами минных заграждений. За минными заграждениями на всякий случай должны были дежурить семь современных подводных лодок (пять финских и две эстонские).

Штабы обеих стран до деталей согласовывали проведение операций по заграждению залива. Ежегодно летом начиная с 1930 г. оба флота проводили секретные маневры по постановке минных заграждений. В ходе учений 1936 г. береговые батареи финнов и эстонцев обстреливали реальные цели в центре Финского залива.

Любопытна и позиция нейтральной Швеции. Она еще в 1930 г. заключила секретное соглашение с Финляндией и Эстонией, что в случае их конфликта с СССР она не будет формально объявлять войну России, но пошлет в эти страны свои сухопутные части, корабли и самолеты под видом добровольцев.

Определенную опасность для Советского Союза представляли и сухопутные силы государств-лимитрофов. Разумеется, в одиночку они не смогли бы вести боевые действия, а вот в случае большой войны с государствами Европы и нашей страной они вполне могли напасть на своего восточного соседа. Согласно «Записке начальника генштаба Красной Армии наркому обороны СССР Маршалу Советского Союза К.Е. Ворошилову о наиболее вероятных противниках СССР» от 24 марта 1938 г., «Финляндия, Эстония и Латвия развертывают 20 пехотных дивизий, 80 танков и 436 самолетов». Там же говорилось: «Что же касается Латвии, Финляндии и Эстонии, то при их выступлении или же нарушении Германией их нейтралитета нужно считаться с появлением германских войск на их территориях.

Хотя немцы сейчас и помогают Латвии в строительстве железных дорог, однако железнодорожный транспорт этого государства не позволяет развернуть на его территории большие силы. Все же нужно считаться с появлением на территории Латвии 10–12 германских дивизий. Перевозка этих сил может быть совершена как по железным дорогам, так и морем.

В империалистическую войну германское командование стремилось цементировать армии союзников включением в них своих частей. Поэтому весьма вероятно, что на территории Эстонии и Финляндии появятся германские дивизии.

Армии этих государств, весьма вероятно, будут направлены германским командованием для концентрического удара на Ленинград и вообще на отрезание Ленинградской области от остальной территории СССР».[1]

Кто после такой информации кинет в руководство СССР камень за Московский договор (т.н. «пакт Молотова – Риббентропа» по мнению либерастической и западной пропаганды) с нацистской Германией? Только совсем ошалевший от антисоветчины и русофобии « Homo erectus» мимикрирующийся под «Homo sapiens». Вы уж извините меня за плохой французский!

Но и на этом метаморфозы с термином «лимитроф» не закончились, он снова стал актуальным после распада Советского Союза и Рах Sovietica. Этот термин стал применяться для обозначения новых государств, возникших в результате дезинтеграции «Красного Колосса» в 1991 г. Чтобы показать степень низости и подлости познесоветских лидеров СССР и новой постсоветской России в качестве примера приведу добавочный договор к Брестскому мирному договору между Советская Россией и Германией от 27 августа 1918 года. Согласно статьям этого договора, для облегчения русских торговых сношений через Эстляндию, Лифляндию, Курляндию и Литву с Балтикой устанавливались:

1. Свободный транзитный провоз товаров через них в обе стороны.

2. Низкие железнодорожные и фрахтовые тарифы.

3. Свободное судоходство по Западной Двине (Даугаве), за исключением ряда жандармских правил и постановлений.

4. России должны быть предоставлены в портах Ревеля, Риги и Виндавы (Таллина, Риги и Вентспилса) отдельные свободные гавани (причальные стенки) и складские помещения.

Как видим, и Брестский мир, и Добавочный договор, которые были подписаны Советской Россией, фактически не имевшей армии, под угрозой германского вторжения были нам намного выгоднее, чем позорная капитуляция Горбачева и Ельцина перед русофобскими и пронацистскими прибалтийскими микрогосударствами в 1991 году.

Здесь, как говорится, ни убавить, не прибавить!

После распада СССР в разряд лимитрофных попали уже не только бывшие советские республики, располагавшиеся в европейской части страны, а также ряд стран Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ), но и азиатские регионы СССР, т.е. Средняя Азия. Поэтому в постсоветских условиях и – если говорить шире – в условиях после двуполярного мира под определение «лимитроф» подпадает каждая из окружающих Россию бывших союзных республик.

Для Запада в очередной раз возник благоприятный шанс создать вокруг России (теперь уже посткоммунистической!) «санитарный кордон», или новый буферный пояс, из ряда новых государств Восточной Европы, Южного Кавказа и Средней Азии, которые в целом никогда не отличались особой «любовью» к нашей стране и некоторые из которых были не прочь предъявить Москве по максимуму счет за «советскую оккупацию».

Меня особенно удивляет поведение прибалтийских народцев, ведь по данным статистики они практически паразитировали за счёт РСФСР, это можете заметить сами.[2]

В принципе долго ничего объяснять не надо, надо просто посмотреть на картинку, приведенную ниже. Прибалтика шикарно жила при СССР, съедая, как минимум, в пару раз больше, чем зарабатывала, а как жировала Грузия и всяческие кричащие в своих учебниках истории о «русской оккупации» бывшие советские республики! А ведь как себя позиционировали, как кормильцы России! Кстати, Украина тоже всё от москалей хотела отделиться, чтобы зажить по – человечески, при этом зарабатывая на съеденный рубль только 90 копеек. И где теперь та Незалежная?

Вне зависимости от уровня публичного дружелюбия на практике абсолютно все лимитрофы мечтали от Москвы отдалиться как можно сильнее. В двух видах: или, как Прибалтика с Украиной, сразу полностью «на Запад» (в ЕС, в НАТО, куда угодно, лишь бы «в цивилизованную семью развитых народов»), или как Белоруссия, Армения и республики Средней Азии — с сохранением многовекторной «незалежности».

Кто пахал в СССР. И кто жрал в три горла...

 

Любопытно, что нынешняя политика ЕС с восточно – европейскими лимитрофами удивительным образом напоминает экономические отношения в Советском Союзе. То же самое распределение между республиками - донорами и республиками - реципиентами (получателями).

Такая дотационная политика выражалась в том, что мы не просто давали окраинам деньги, а пытались отцивилизовать их самих. Да – да, именно отцивилизовать. Например, было принято считать, что Прибалтийские страны в Советском союзе, это была маленькая заграница и мы наделяли эту республики какими - то никогда не существовавшими у них свойствами. Совершенно забывая при этом, что эти же самые страны были куплены когда - то Петром Великим у шведского короля за два миллиона талеров, как земли мало на что пригодные. Надо просто помнить, что так называемые остзейские территории (немецкие названия этих завоёванных ими народцев) не имели своей элиты от слова совсем, которая поголовно была немецкой и которую прибалтийские туземцы изгнали перед II Мировой войной. Советский Союз попытался придать им другой статус, сделать эти страны промышленно развитыми, но с потомками немецких рабов, горничных, лакеев и хуторян это получалось очень плохо, пришлось завозить русских для работы на фабриках и заводах, электростанциях и морских судах. Уходя в незалежность, прибалты имели развитую рыбную промышленность, в том числе мощнейший флот, насчитывающий в своём составе огромное количество вымпелов, которым позавидовали бы и сегодняшние Европейские страны, радиоэлектронную промышленность, сельское хозяйство, различных научных институтов, киностудий и прочей атрибутики, которая наличествует в развитых цивилизованных странах, это только то, что лежит на поверхности. Союз не просто давал деньги, а пытался сделать из окраин России индустриальные территории. Не получилось, не в кобылу корм оказался. Как только поменялся хозяин, « три сестрички» мгновенно вернулись к своим исконным истокам, предцивилизационным хуторским сущностям.

Современные политологи условно делят государства по их геополитическому влиянию на сверхдержавы, региональные державы и малые страны. Последние, как правило, становятся лимитрофами, причём рассматриваемое понятие тесно связано с определением «буферное государство». Они являются ареной скрытой геополитической борьбы более крупных держав.

«Считалось, что присоединение бывших советских стран приведет к усилению промышленной и финансовой мощи Европейского союза. О том, что неофиты в действительности желают лишь сменить поставщика халявы, в Брюсселе поначалу как-то не задумывались. Оттого пребывают по сей день в неприятном изумлении. Уже в две программы «Кохезии» прорву денег ухнули, а на восточных землях Большой Европы все никак не наедятся и не начинают трудиться «как немцы».[3]

В общем, процессы глобальной территориальной экспансии приостановились. Европа больше не может, хотя и желает расширяться, самый яркий пример сегодня, это Украина, Грузия и Армения Пашиняна, им обещали златые горы, если они станут антироссийскими, а получили они громкий и дурнопахнущий пшик. Тем самым постсоветские «союзные республики» оказалось в гигантской полосе отчуждения. Объективно не интересующей сегодня никого из международных мировых игроков, ведь взяв их себе надо много и хорошо кормить, а кому это надо? Разве что у турок появились некоторые хотелки на Кавказ и Среднюю Азию. Причём превосходящие их ресурсные экономические возможности по восстановлению неоосманской империи.

Армения потеряет Карабах? А России это повредит каким боком? Армяне станут её ещё меньше не любить? И что с того? Можно подумать раньше они без дружбы с нами буквально жить не могли.

 

Положение скорее прямо обратное. Накопившиеся авгиевы конюшни местных представлений стиля «куда угодно, кроме России» требуется разгрести. Причём не за российские деньги и не российскими усилиями. Наоборот, необходимо не только дать местным элитам возможность реализовать угрозы «уйти в стан противников РФ», но и спокойно смотреть на последствия такого шага для них.

Россия должна статочно спокойно сидеть и ждать, когда накопившийся местный русофобский хлам на окраинах Империи выгорит сам. И когда безальтернативность дружбы с Россией в местных головах сложится и закрепится самостоятельно, как это было с казахским жузами, Кахетией и Картли, казачьими бунтующими землями польской Украйны.

 

Мы должны сами себе задать простой вопрос, сегодня нам нужна «такая» пробандеровская антирусская Украина? Сможем мы перевоспитать оболваненный тридцатимиллионный народ и, главное, зачем? Она уже проела наследство после Союза, вот пусть и пытается выжить без российского рынка.

Сегодняшняя Россия в плане экономики это принципиально другая страна, чем даже СССР на пике его могущества, да мы пока ещё сильно зависим от нефти и газа, подаваемых за рубеж, но это становится всё менее критичным и наша задача, говоря словами Столыпина "дайте государству 20 лет покоя внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России" должна стать аксиомой нашего руководства.

Причём мы видим, что на имперские окраины в полном процесс распада СССР докатился только сегодня, началась эпоха распада искусственно созданных административных границ лимитрофных государств в этнические и национальные составляющие. Поэтому сегодня мы видим полыхающую Украину, Киргизию на грани гражданской войны и распада на Север и Юг, теряющую Карабах Армению, находящуюся в политическом кризисе Белоруссию. Обезлюживание Прибалтики.

Мы должны ждать и дать возможность нашим соседям излечиться самим, своими силами. Как говорил один мой друг: за уши в Рай не тянут.

Евгений Попов

ПРИМЕЧАНИЯ:

[1] - http://www.xliby.ru/istorija/velikii_antrakt/p10.php

[2] - http://cont.ws/post/113956

[3] - https://regnum.ru/news/polit/3101775.html